Мое путешествие в иной мир

Huahshany_1Незнакомый мужчина держал мою руку в своих ладонях и не отпускал. Я никогда раньше не видела этого человека…

Я не верила в существование потустороннего мира и к рассказам о нем относилась довольно скептически. До тех пор, пока не попала в аварию. Тогда-то и приоткрылась завеса тайны, и я поняла, что, кроме нашего мира, есть другой…

Возможно, кому-то история покажется невероятной. Кто-то даже решит, что у меня не все в порядке с головой. Но я точно знаю, что найдутся люди, с которыми происходило нечто подобное. Пожалуй, расскажу все сначала…

В тот роковой день шеф задержал меня на работе, поэтому я вышла из офиса намного позже обычного. На улице уже стемнело, к тому же накрапывал дождь. Я остановилась на ступеньках, размышляя: идти на остановку маршрутки или топать к метро? В обоих вариантах были свои минусы. Если выбрать маршрутку, то неизвестно, сколько ее придется ждать, они ведь ездят, как придется (хотя должны по расписанию). А если метро, то, конечно же, это будет значительно быстрее, но от него потом к дому топать далековато, к тому же дорога проходит через парк с «наливайкой», вокруг которой вечно полно подвыпивших мужиков, готовых к «подвигам». Приняв решение, я открыла зонтик и спустилась по ступенькам вниз, и тут меня вдруг кто-то окликнул:

— Варя! Тебе в какую сторону?

Для тех кто не представляет свою жизнь без азарта — игровые автоматы в широком ассортименте здесь: http://casino.igrovoiclubvulkan.com/avtomaty_777/. Рекомендуем посетить и узнать все детали! Выбирайте наиболее понравившийся слот и станьте настоящим профессионалом!

Я обернулась. Возле единственной на стоянке машины стоял Валентин, парень из соседнего отдела.

— На Виноградарь, — ответила в надежде, что он меня подвезет. — А что?
— Жаль. Не по пути.

Надежда лопнула как мыльный пузырь. Но я не показала виду, что расстроилась.

— Не страшно, сама доберусь, — махнула рукой и двинулась в сторону метро. Но едва сделала пару шагов, как Валик снова меня позвал.
— Варь, подожди! Давай все-таки подброшу. А то уже очень поздно. Еще украдет кто-нибудь.
— Тебе же не по дороге, — напомнила, вместо того чтобы сразу согласиться.
— Да ладно, — улыбнулся он. — Ну подумаешь, сделаю небольшой крюк. Типа в Москву через Камчатку, — пошутил Валентин. — Все равно никуда особо не спешу. Поехали?

Я обрадовалась, закивала и чуть ли не бегом направилась к машине.

— Пристегнись, — захлопнув за мной дверцу, попросил Валик.
— Зачем? — пожала плечами я. — Все гаишники наверняка давно по домам сидят и чай пьют.
— А вдруг какой-то особо рьяный нас поджидает? Пристегнись.

Я послушно перекинула через плечо ремень безопасности, защелкнула.

— Ты что так долго в офисе делала? Решила всю работу переработать? На завтра хоть чуть-чуть оставила? — добродушно болтал Валик, поворачивая ключ зажигания и выезжая на проезжую часть.

— Шеф попросил, — пояснила я.

На дороге машин было мало, и Валентин прибавил скорость.

— Так ты бы ему отказала.
— Ага, ему откажешь, как же… — поморщилась недовольно.
— То есть его просьба носила добровольно-принудительный характер?
— Что-то вроде того.

Мы уже неслись по пустой трассе на сумасшедшей скорости. А ведь шоссе было мокрым. Почему-то в голове вдруг промелькнуло слово «опасность».

Знаете, так часто бывает, когда едешь в маршрутке, и водитель то гонит как ненормальный, то тормозит так резко, что все пассажиры, судорожно схватившись за поручни, в ужасе думают: «Господи, доедем или нет?»

— Не слишком ли ты разогнался? — поежившись, тревожно спросила я.

— Люблю ездить с ветерком! Или тебе страшно? — он подмигнул. — Да не боись, Варюха, доставлю тебя домой в лучшем виде!

У меня водительского стажа десять лет. И ни одной аварии, — закончил гордо, не сбавляя скорость на повороте.

До сих пор не пойму, откуда взялся тот чертов грузовик? Вынырнул из тумана, угрожающе полыхнул фарами. Говорят, что в таких случаях у человека перед глазами проходит вся его жизнь. Ничего подобного. В моей голове была звенящая пустота. Ни одной мысли.

Визг тормозов. Удар. Скрежет металла и звон разбитого стекла. Дальше — провал. Черный, как сама ночь. Не знаю, сколько прошло времени. Потом до меня начали доноситься голоса, но не четкие, а приглушенные, будто в ушах была вата.

Черепно-мозговая травма. Перелом руки. Открытые переломы на обеих ногах. Скорее всего, серьезные повреждения внутренних органов.

«Это они обо мне говорят?» — подумала я несколько отстраненно. Ей еще повезло, что она была пристегнута, — сказал женский голос. «Точно. Надо обязательно Вальке сказать спасибо, это он настоял», — мелькнула мысль.

— Доктор, пульс пропал… — испуганно произнес второй голос.

Я хотела открыть глаза, подать им какой-то знак, сказать, что жива, но не могла этого сделать. Тогда приложила максимум усилий, сильно напряглась. В ушах как-то неприятно зашумело, и… неожиданно я взмыла вверх над своим собственным телом. Причем я не ощущала тяжести.

Я парила в воздухе над местом аварии. Видела, как вокруг моего тела суетятся врачи «скорой помощи», слышала их переговоры. «Мне это снится? — удивилась. — Или я действительно умерла?» И вдруг в следующее мгновение поняла, что уже лечу вдоль какого-то длинного туннеля. На том его конце — свет. Яркий. Нестерпимо яркий, прямо ослепляющий.

И вот только тогда я увидела всю свою жизнь. Картинки появлялись на стенах туннеля и исчезали, одна за другой, как в старом немом фильме.

Вот я — трехлетняя девочка — на детской площадке. С завистью смотрю на соседского мальчика, у которого красивые «пасочки» и ярко-синяя лопатка. Выжидаю, когда он отойдет, оглядываюсь, не видит ли кто, хватаю лопатку и прячу в свою кукольную коляску. Мне теперешней неловко за себя тогдашнюю…

Новый кадр: мне десять. Я, возвращаясь из школы, подбираю несчастного, худого щенка. У него раны на спине и волочится задняя лапа. Мы с мамой его выходили. Сейчас Рекс уже старичок. Очередная смена кадра: выпускной вечер. Мне очень нравится парень из нашего класса, который ухаживает за другой девочкой. Я специально при всех ее унижаю, бессовестно оговариваю. Она убегает в слезах, а я, счастливая, кружусь в вальсе с тем, кого так давно и безуспешно добивалась. Как неприятно об этом вспоминать… Неблаговидный, даже подлый поступок заставляет меня сгорать от стыда.

Дальше: мне девятнадцать. У мамы обнаружили опухоль, она в больнице. Я сижу у ее кровати, плачу и молюсь о ее выздоровлении. После операции ни на шаг от нее не отхожу, подкладываю судно, кормлю с ложечки. Слава богу, все закончилось хорошо. Через три недели я забираю маму домой. Двадцать три года. Устраиваясь на свою первую работу, на собеседовании нагло вру будущему шефу, чтобы выделиться среди остальных претенденток, сильно приукрашиваю действительность. На работу меня принимают, но долго я там все равно не задерживаюсь. Обман раскрывается, и меня увольняют.

Мне двадцать четыре. Подаю милостыню сухонькой морщинистой старушке в нелепой шапочке-таблетке с дырявой от времени вуалью (кажется, такие носили в начале прошлого века). Нет, она ничего не просила. Просто, сгорбившись, стояла в сторонке, пронизываемая ледяным ветром. Такая одинокая, всеми позабытая, никому не нужная. В первый момент она даже хотела отказаться от денег, это было видно по ее утратившим былой блеск глазам, но потом взяла. И не стала благодарить, наверное, ей было стыдно, что ее приняли за нищенку.

День рождения. Сегодня мне исполнилось двадцать пять. Я на море. Это мое самое любимое место. Тихий шепот прибоя, крики чаек над водой. Когда я была ребенком, мама каждое лето возила меня дышать чистым морским воздухом. Я обожала сидеть на мягком теплом песке и смотреть вдаль, на линию горизонта, туда, где небо и море соприкасаются. А еще с морем можно было разговаривать обо всем и ни о чем…

«Но почему же ни на одной из моих жизненных картинок нет Михаила, моего нынешнего гражданского мужа?» — подумала вдруг. И тут же, как по волшебству, появился кадр, где я рядом с каким-то незнакомым мужчиной. И у нас… свадьба?! Да, точно! На мне белоснежное пышное платье и фата, на нем — строгий темный костюм. Но что это за мужчина? Вот он берет мою ладонь в свои руки.

— «Я ждал тебя всю жизнь», — слышу его низкий хрипловатый голос. Странно, ведь его губы не шевелятся. Как же он тогда разговаривает. И как я могу его слышать?

Он не отпускает мою руку, но при этом каким-то образом я продолжаю лететь по туннелю. Мне спокойно и легко. А свет все ближе, ближе… И вдруг… Я не могу поверить: на грани, где туннель должен был закончиться, стоит высокая фигура в длинном белом одеянии… Господь. Откуда-то я точно знаю, что это Он. Бог внимательно смотрит на меня и отрицательно качает головой. В тот же миг все исчезает, и я снова оказываюсь в своем теле. И тут же начинаю стонать от резкой боли.

— Она жива! — радостно произносит женский голос, который я слышала раньше. Затем звучит мужской: — Носилки! Быстрее! На раз-два… Взяли!

Я чувствую, что меня поднимают, отчего боль становится невыносимой, и я теряю сознание. Полная темнота. Никаких звуков. Никаких видений…

В больнице я провалялась почти полтора месяца. За это время Миша навестил меня только один раз. И то лишь для того, чтобы обиженным тоном сообщить, что он от меня родит. Никакой вины я за собой не чувствовала. Но, чтобы прояснить ситуацию, все-таки задала вопрос: «Почему? Что- то случилось?» Хотя, если честно, в тот момент меня уже не сильно волновал сам факт Мишиного ухода (я бы сказала, бегства). Чувства остыли. Может быть, потому что он не подставил плечо в трудную минуту, спасовал, а может, потому что чувств никогда и не было… Короче говоря, ничего, кроме холодного безразличия, не осталось. Но все равно хотелось разобраться и выяснить, почему Миша принял такое решение. Обычное женское любопытство.

Я ждала признания, что, мол, в его жизни появилась другая женщина. Типа: «Это выше моих сил. Пойми, прости и отпусти». Но реакция моего гражданского супруга на, казалось бы, простой вопрос, повергла меня в шок.

— А чего ты от меня ожидала? — зло прищурился он. — Сама виновата!
— Я?! В чем? — искренне изумилась я.
— А сама не догадываешься? — с сарказмом усмехнулся он.
— Не понимаю, почему ты злишься. Что я сделала не так? Объясни.
— Лучше ты объясни! — истерично взвизгнул Миша.
— Прикрываешься аварией, да? Ах, я бедная-несчастная? Так?
— Что значит прикрываюсь? — окончательно растерялась я.
— А то! Что ты делала в этой машине?!
— Домой ехала…
— Домой? Не сомневаюсь! — презрительно скривился он. — Меня интересует другое: как давно ты мне лапшу на уши вешала?! Что смотришь? Думала, дурака нашла? Пока я ее дома ждал, она с любовником развлекалась. А прикидывалась такой святошей! — Миша театрально воздел руки к небу. Какое-то время я смотрела на него, соображая, что ответить на такое гнусное обвинение. Потом сделала глубокий вдох и твердо сказала:

— Уходи. И никогда не возвращайся.

Уйду, не сомневайся. А ты… Ты можешь сообщить своему любовнику, что свободна. Пусть радуется. Если он, конечно, собирается с тобой жить…

Я сочла нужным не отвечать. Хотя это очень обидно, когда тебя ни за что ни про что оскорбляют…
Уже после выписки, когда мы с мамой однажды вечером чаевничали на кухне, я рассказала ей о своих видениях:

— Ты не поверишь, но я путешествовала в иные миры.
—Что ты такое говоришь? — недоуменно посмотрела на меня она. — Когда?

Сразу после аварии… — я помолчала, собираясь с мыслями. — Врачи подумали, что я умерла. А на самом деле я как-то выскочила из своего тела и со стороны наблюдала, как они пытаются меня реанимировать.

— Господи, но так не бывает. Ты ведь все придумала, Варенька?
— Нет, мама, это правда. Знаешь, я попала в какой-то темный туннель и летела по нему к свету. И даже видела Бога.

У нее глаза на лоб полезли:
— «Кого?!»
— Бога, — спокойно повторила я, будто рассказывала ей о чем-то самом обыденном. — Он дал понять, что мне на тот свет еще рано, и отправил назад, на Землю, в телесную оболочку.
— Бред какой-то…
— Ничего не бред, — обиделась я.

Чай мы допивали в полной тишине. Наконец мама произнесла:

— Варюш, думаю, что у тебя действительно могли быть видения. Но, скорее всего, это побочное действие каких- то сильных медицинских препаратов. Галлюцинация. Тебя же тогда врачи наверняка чем-то кололи?

Я решила больше не волновать маму и согласно кивнула.

— Вот видишь. Я так и знала, — с облегчением вздохнула она. — Объяснение очень простое.
— Ты права, — я быстро свернула тему и, чтобы отвлечь родительницу, начала со знанием дела разглагольствовать о том, как несправедливо платят врачам за их тяжелый труд. И она купилась. Пролетали дни, недели. Вероятно, со временем я бы и сама начала думать, что все случившееся со мной можно легко пояснить с медицинской или какой-нибудь другой точки зрения. Бред, галлюцинации, сон. Возможно. Если бы не кое-что еще…

Спустя семь месяцев после аварии я поехала в санаторий (реабилитация, массажи, то-сё). И там встретила мужчину: того, из видений, который держал меня за руку и с которым у нас была свадьба. Вначале мне стало не по себе, я испугалась и упорно избегала этого человека. Буквально обходила десятой дорогой. Но в один из дней он подсел за мой столик, заговорил. Так мы и познакомились.
Какое-то время я противилась своим чувствам, боролась с зарождающейся в душе любовью. Но в итоге она победила. Ведь, как известно, то, что предначертано судьбой, не изменить.

Через полгода мы с Олегом расписались. На свадебной церемонии мой жених был в темном строгом костюме. Он взял в свои ладони мою руку и сказал: «Любимая, я ждал тебя всю жизнь!» И я знала, что он говорит правду.

Варвара, 32 года

Читайте так же:
Оставить комментарий

Гороскоп на сегодня
Loading...
Друзья сайта
Где можно купить недорого электронные сигареты? - все по самым низким ценам!

Как сделать в доме теплый пол? Сайт подскажет все об этой технологии!

Телец
Лев
Скорпион